Журнал
ONCOLOGY.RU

Современный подход к комплексной реабилитации пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти

Обзор литературы

Мальгинов Н.Н., Решетов И.В., Коржов И.С.

Московский государственный медико-стоматологический университет, кафедра ортопедической стоматологии экто- и эндопротезирования ФПДО, Москва, Россия

Опубликовано: Журнал «Онкохирургия», 2013, том 5, №4.


Аннотация. В обзоре рассмотрены современные подходы к реабилитации пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти.

Материалы и методы. Нами были проанализированы 50 литературных источников – 25 работ отечественных авторов и 25 – зарубежных. Самая ранняя публикация датируется 1946 г., самая поздняя – 2013 г.

Результаты. Реабилитация пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти является актуальной задачей современной медицины. Это наглядно демонстрируется постоянно увеличивающейся частотой встречаемости подобной патологии различного генеза среди населения планеты. Первое место в этиологии занимают онкологические заболевания – около 610 тыс. человек на 2,7 млн. общего числа онкологических больных. 2-6% от всех злокачественных новообразований человека составляют злокачественные новообразования средней зоны лица, в том числе злокачественные новообразования верхней челюсти (28%). Доброкачественные опухоли составляют 7,69%, опухолеподобные образования – 1%, воспалительные процессы – 1%. Помимо онкологических заболеваний к дефектам средней зоны лица приводят травмы различного генеза: 70,1% составляет бытовая травма, 19,4% – падение с высоты. Большинство пострадавших – мужчины (72,3%), из них 74,8% – трудоспособного возраста (от 20 до 50 лет). Кроме того, можно наблюдать увеличение частоты врожденной патологии челюстно-лицевой области, приводящей к нарушению целостности верхней челюсти.

Многочисленные классификации дефектов носят узконаправленный характер и не отвечают требованиям современной медицины. Наблюдается также отсутствие единого протокола ведения пациентов, хотя исследования в этой области ведутся и в настоящее время. По сути, структуры Минздрава, занимающиеся организацией хирургической помощи населению, и подразделения, где пациенты проходят дальнейшую реабилитацию, работают как две изолированных друг от друга организации. В последнее время подобная ситуация меняется в сторону расширения сотрудничества между специализированными медицинскими учреждениями, занимающимися узконаправленной реабилитацией пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти различного генеза.

Выводы. В современных условиях комплексное и преемственное лечение пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти, несмотря на бурное развитие медицинской науки, встречается крайне редко. В этой связи междисциплинарное взаимодействие является возможным путем создания единой систематизированной процедуры ведения пациентов с данной патологией.

Ключевые слова: приобретенный дефект верхней челюсти, пострезекционный протез, обтуратор, комплексная реабилитация, резекция верхней челюсти.


В настоящее время все больше внимания уделяется междисциплинарному подходу к реабилитации пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти. В этом лечении есть ряд сложностей, с которыми сталкивается врач.

Статистические данные за последние несколько лет свидетельствуют о существовании четкой тенденции увеличения числа пациентов с дефектами верхней челюсти различного генеза [1].

Первое место в этиологии занимают онкологические заболевания – около 610 тыс. человек на 2,7 млн. общего числа онкологических больных. Распространенность злокачественных новообразований головы и шеи составляет 493 на 100 000 населения. 2-6% от всех злокачественных новообразований человека составляют злокачественные новообразования средней зоны лица. Из них частота встречаемости злокачественных новообразований верхней челюсти – 28%, доброкачественных опухолей – 7,69%, опухолеподобных образований – 1%, воспалительных процессов – 1% [2].

В последние годы отмечается рост злокачественных новообразований [3, 4]. Следует отметить, что число заболевших в 2011 году по сравнению с 2000 годом возросло более чем на 20%. На низком уровне находится диагностика рака. Так, процент больных, у которых заболевание выявлено на ранних стадиях (I-II), составляет только 48% [5].

Помимо онкологических заболеваний к дефектам средней зоны лица приводят травмы различного генеза. Так, Д.Ю. Христофорандо [6] отмечает рост частоты сочетанных травм, 70,1% которых составляет бытовая травма, 19,4% – падение с высоты. Большинство пострадавших – мужчины (72,3%), из них 74,8% трудоспособного возраста (от 20 до 50 лет). Кроме того, ряд авторов [7, 8] указывают на увеличение частоты врожденной патологии челюстно-лицевой области, приводящей к нарушению целостности верхней челюсти.

В настоящее время широко проводят хирургическое лечение онкологических больных, поэтому растет число пациентов с дефектами верхней челюсти, нуждающихся в полноценной реабилитации и замещении дефектов и деформаций челюстно-лицевой области [9]. Несмотря на успешность оперативного вмешательства по поводу онкологического заболевания, последствия его приводят к осложнению конъюнктуры дальнейшего протезирования. Важным условием успешной операции является сохранение минимального, но достаточного количества тканей протезного ложа для ортопедической реабилитации [10-12].

Вместе с тем проблемы, возникающие при использовании ортопедических конструкций для замещения обширных дефектов верхней челюсти, являются настолько серьезными, что некоторые авторы [13, 14] рекомендуют восстанавливать такие изъяны оперативными вмешательствами. На сегодняшний день для закрытия дефектов верхней челюсти используют местные ткани, свободно пересаженную кожу и слизистую, костные аутотрансплантаты, полнослойные лоскуты из языка, щечной области, стебельчатый лоскут Филатова, пластику большим сальником, а также комбинации вышеперечисленных методов [15, 16]. Однако после подобной реконструкции протезное ложе приобретает новые свойства (обширная площадь дефекта с уменьшением костной основы и дефицитом слизистой оболочки, наличие в области регенерата толстого слоя рубцово измененных тканей, подвижность пересаженного лоскута и др.), что создает определенные проблемы для последующего ортопедического лечения [17].

По-прежнему остаются нерешенными вопросы изготовления реконструктивных протезов с определенным дизайном ретенционно-стабилизационных механизмов, а также седловидной части и коннекторов при протезировании пострезекционных дефектов верхней челюсти после хирургической реконструкции протезного ложа.

Важным этапом лечения является послеоперационная комплексная реабилитация пациентов с дефектами верхней челюсти, при этом данный этап нуждается в качественном изменении оказываемой помощи и повышении эстетических и функциональных возможностей конструкций. [18, 19].

Для планирования грамотного и последовательного лечения применяют различные систематики приобретенных дефектов верхней челюсти, позволяющие не только получить полное представление о клинической картине дефектов верхней челюсти, но и облегчить выбор метода хирургического или ортопедического лечения [20]. Существующие классификации дефектов челюстно-лицевой области, разработанные как отечественными, так и зарубежными учеными, отвечают лишь определенным задачам, заложенным в них авторами, либо являются громоздкими и трудными для практического применения.

Так, классификация М.А. Слепченко [18] подразделяет приобретенные дефекты верхней челюсти по топографии и объему на частичные и полные, одно- и двусторонние. Всего выделено три группы. Помимо прочего, учитывается вовлечение смежных анатомических структур, таких как глазница, скуловая кость и мягкотканный компонент челюстно-лицевой области. Кроме того, автор учитывает и функциональные нарушения, возникающие при том или ином дефекте. Подобная классификация позволяет ориентироваться в примерном объеме и локализации дефекта, но выбор метода реабилитации пациента остается за врачом.

Ортопедическую направленность в клинической практике имеет классификация дефектов верхней челюсти Л.В. Горбаневой-Тимофеевой, дополненная Б.К. Костур и В.А. Миняевой [20], которая выделяет семь классов приобретенных дефектов в зависимости от их локализации и герметичности придаточных пазух. Использование классификации в клинической практике позволяет оценить клиническую ситуацию и спланировать ортопедическое лечение. Однако данная систематика не дает представления о природе дефекта, утраченных возможностях организма и не позволяет планировать хирургическую реконструкцию дефекта в полном объеме.

Особый интерес представляет предложенная Н.И. Лесных [19] развернутая классификация, учитывающая недостатки и преимущества предыдущих. Она состоит из семи классов, каждый из которых включает несколько подклассов, и содержит как ортопедический компонент (количественная и качественная характеристика протезного ложа, наличие или отсутствие опорных зубов), так и хирургический (топография дефекта, объем резецированных тканей). Кроме того, автор уделяет особое внимание состоянию протезного ложа после восстановительных пластических операций. Таким образом, классификация является одной из наиболее исчерпывающих на сегодняшний день. Тем не менее, она не учитывает состояние пародонта оставшихся зубов, топографию дефектов в вертикальной плоскости, в ней отсутствуют рекомендации к конструктивным особенностям протезов. Данная классификация не позволяет определиться с методикой реконструктивных операций. Кроме того, она громоздка и трудна для практического использования. Перечисленные недостатки объясняют ее недостаточно широкое распространение.

Напротив, классификация В.Ю. Курляндского [21] давно известна стоматологическому сообществу. Она подробно описывает виды дефектов в зависимости от их топографии, учитывает наличие или отсутствие зубов на сохранившемся участке верхней челюсти, что помогает врачам не только систематизировать изъяны, но и выбрать конструкцию будущего протеза. Именно поэтому данная классификация выделяется среди остальных. В зависимости от локализации дефекта и сохранности зубов на челюсти различают четыре группы дефектов нёба. Первая группа – дефекты твердого нёба при наличии опорных зубов на обеих половинах челюсти: а) срединный дефект нёба; б) боковой дефект нёба (сообщение с гайморовой полостью); в) фронтальный дефект нёба. Вторая группа – дефекты твердого нёба при наличии опорных зубов на одной стороне челюсти: а) срединный дефект нёба; б) полное отсутствие одной половины челюсти; в) отсутствие большей части челюсти при сохранении на одной стороне не более 1-2 зубов. Третья группа – дефекты нёба при отсутствии зубов на челюсти: а) срединный дефект нёба; б) полное отсутствие челюсти с нарушением края орбиты. Четвертая группа – дефекты мягкого нёба или твердого и мягкого нёба: а) рубцовое укорочение и смещение мягкого нёба; б) дефект твердого и мягкого нёба при наличии зубов на одной половине челюстей; в) дефект твердого и мягкого нёба при отсутствии зубов на верхней челюсти.

Отсутствие единого мнения в вопросе систематизации дефектов существует и среди зарубежных авторов. Классификация Ohngren [22] учитывает топографию дефектов верхней челюсти после онкологических заболеваний и позволяет определить анатомическую границу, по которой можно определить степень злокачественности новообразования. Так, о доброкачественности опухоли свидетельствует её передне-нижняя локализация, тогда как задне-верхнее расположение говорит о злокачественности [23]. Однако и эта простая и доступная классификация не учитывает ни функциональных нарушений, ни вовлеченность в процесс смежных анатомических образований, ни общего состояния пациента. Основываясь на данной систематике невозможно выработать и план комплексной реабилитации.

Классификация М. Aramani предлагает конструкцию частично съемных протезов в зависимости от локализации и размеров дефектов верхней челюсти с сохранившимися зубами [24]. В основу классификации автор положил конструкционные особенности металлического каркаса будущего пострезекционного протеза [25], выделив 6 классов дефектов в зависимости от взаимоотношения дефекта верхней челюсти и оставшихся опорных зубов с учетом воздействия разновекторных сил, возникающих в процессе функционирования протеза [25].

К первому, наиболее часто встречающемуся классу относятся дефекты, границей которых служит средняя линия верхней челюсти, с сохраненными зубами на противоположной (здоровой) стороне.

Второй класс составляют односторонние дефекты верхней челюсти. Центральный резец и иногда вся фронтальная группа зубов до клыка или премоляра сохранены. В подобных случаях М. Aramani рекомендует изготавливать протезы, сходные с таковыми при II классе по Кеннеди.

Дефекты центральной части твердого неба с возможным вовлечением мягкого при сохранении опорных зубов составляют третий класс классификации. При изготовлении протеза в подобной ситуации не возникает трудностей с ретенцией и стабилизацией.

К четвертому классу относятся дефекты, проходящие вдоль срединной линии верхней челюсти и включающие в себя обе половины верхней челюсти с небольшим количеством опорных зубов. Протезирование подобных дефектов вызывает определенные трудности. Конструкция протеза похожа на конструкцию обычного одностороннего съемного протеза.

Дефекты пятого класса двусторонние и расположены позади опорных зубов. В таких клинических ситуациях автор предлагает шинировать опорные зубы для достижения лучшей стабилизации.

Расположенные кпереди от сохраненных зубов дефекты следует относить к шестому классу по М. Aramani. При этом имеет место перекрестная стабилизация.

Классификация информативна как для челюстно-лицевых хирургов, так и для ортопедов, однако за ее пределами остаются дефекты беззубых челюстей, изъяны после тотальной максиллэктомии, а также вопросы пластической реконструкции и несъемного протезирования.

Spiro с соавт. [22] в своей систематике основываются на структуре дефектов самой верхней челюсти, однако при этом не учитывается участие смежных областей (скуловая, орбита и т. д.), трехмерность дефекта, а также возможность ее использования для ортопедической реабилитации пациента. Все дефекты разделены на ограниченные и субтотальные в зависимости от количества стенок верхней челюсти, заинтересованных в резекции.

Ряд авторов [27], изучив предыдущую работу, предложили на основании анализа характера и степени дефектов алгоритм их реконструкции с использованием протезов-обтураторов, неваскуляризированных костных трансплантатов, местных лоскутов, микрососудистых васкуляризированных свободных трансплантатов. Они разделили всех пациентов на две категории: с частичным и с полным дефектом верхней челюсти. Вместе с тем, несмотря на широкий спектр реконструктивных методов решения проблемы, отсутствует взаимосвязь дефектов твердого неба, зубов, орбиты, скуловой кости и конкретного метода лечения, что делает невозможным использование данной классификации как алгоритма при проведении реконструктивных мероприятий.

Особый интерес представляет классификация J. Brown и R. Shaw 1996 года, дополненная ими в 2010 году [28]. Одними из первых они выступили за междисциплинарный подход к реабилитации пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти, предложив схему для систематизации дефектов, учитывающую их вертикальный и горизонтальный размеры. Вертикальная составляющая дефекта колеблется от незначительных резекций, не имеющих ороантрального сообщения, до радикальной максиллэктомии с экзентерацией орбиты. Горизонтальные диапазоны – от маленьких дефектов твердого неба без вовлечения альвеолярных отростков и зубов до тотального удаления неба. В основу горизонтальной составляющей дефекта авторы положили количество оставшейся небной поверхности, на которую может опираться ортопедическая конструкция. Этот параметр играет важную роль в стабилизации протеза, однако подобный фактор в большей степени необходимо учитывать в дизайне протеза при отсутствии зубов. У пациентов с сохранившимися зубами их можно использовать в качестве опоры и опираться не только на оставшееся твердое небо. Однако в этой классификации не учитывается состояние скуловых костей и орбит, обеспечивающих эстетику средней зоны лица, хотя полноценная реабилитация при вовлечении в процесс этих областей невозможна только лишь ортопедическими конструкциями и часто требует хирургической коррекции с использованием костных трансплантатов [29].

Таким образом, различные классификации имеют свои плюсы и минусы и по-разному рассматривают лечение. Сложность задачи, решаемой классификаторами, определяет их разнообразие. На наш взгляд, наиболее удачными классификациями приобретенных дефектов верхней челюсти являются классификации В.Ю. Курляндского [21] и M. Aramani [24].

Лечение опухолевых заболеваний подразделяют на хирургическое, лучевое, химиотерапию, а также их сочетания [30, 31]. После подобного лечения остаются анатомические дефекты заинтересованных областей, приводящие к стойким функциональным нарушениям [1, 9]. Ряд авторов [32, 33] считает, что для устранения подобных нарушений целесообразно проведение пластических операций по закрытию образовавшегося дефекта. Сложность этой задачи состоит в том, что приобретенные дефекты верхней челюсти часто затрагивают не только твердое, но и подвижное мягкое небо, воссоздать функцию которого крайне сложно. Так, W.E. Karle с соавт. [34] предлагают решать эту проблему путем использования наряду с небными лоскутами лоскутов из боковой стенки глотки, что придает мобильность восстановленному мягкому небу и позволяет ему выполнять функции сфинктера. Однако полной реабилитации можно достичь лишь комплексным ортопедо-хирургическим лечением [28, 35].

Высокая квалификация специалистов, современное материально-техническое оснащение стоматологических центров позволяют оперативно проводить пластическую реконструкцию обширных дефектов с благоприятными отдаленными результатами [31, 32, 36]. Однако в большинстве случаев проблему решают ортопедическим путем [19, 37]. При наличии небольшого дефекта челюсти при сохраненных зубах со здоровым пародонтом и длинными корнями достигается оптимальная стабилизация протеза. При уменьшении костной опоры увеличивается опрокидывающий момент в области демаркационной линии, и, как следствие, протез может сместиться в дефект. При обширных костных дефектах методы нейтрализации подобных сил становятся контрпродуктивными, а прогноз для восстановления утраченных функций менее благоприятным [38, 39]. Кроме того, немаловажную роль играет размер и вес протеза. Чем больше масса и размер ортопедической конструкции, тем труднее достичь оптимальной ретенции и стабилизации. Следует также учитывать, что массивные обтураторы требуют частого промывания из-за оседания на них налета и остатков пищи, а пациенты испытывают неудобство и быстро устают в процессе пользования протезом. Напротив, полые открытые обтураторы полностью лишены вышеперечисленных недостатков, однако в них скапливается жидкость, что требует тщательного гигиенического ухода [40].

Существуют полые закрытые обтураторы. Они удовлетворяют требованиям современной медицины и легко переносятся пациентами, однако технология их изготовления сложна и дорогостояща [41], и не все зуботехнические лаборатории могут ее освоить. Некоторые авторы предпринимают попытки решить и эту задачу [42], однако подобные работы носят локальный характер и широкого применения не находят.

Между тем, протезирование необходимо начинать непосредственно после операции и проводить в несколько этапов [43]. Ортопедическое лечение пациентов с применением резекционных пластинок, протезов и аппаратов позволяет эффективно восстанавливать утраченные функции [2]. Изготовление замещающих конструкций в отдаленные сроки приводит к образованию стойких рубцовых изменений протезного ложа и западению тканей, лишенных костной поддержки, что делает реабилитацию пациента более сложной. Общий подход к лечению и какой-то единый протокол ведения данной категории больных отсутствуют, и зачастую челюстно-лицевое протезирование зависит от творческих способностей ортопеда, его стремления решать нестандартные клинические задачи [44]. Большинство авторов придерживается трехэтапной методики протезирования [1, 11]. Все они единодушны в необходимости непосредственного замещения послеоперационных дефектов верхней челюсти [1, 9, 11, 19]. Однако нет единого мнения в сроках протезирования между этапами. Так, В.М. Чучков [11] указывает на необходимость проведения второго этапа протезирования через 10-15 суток, а третьего – уже на 30 сутки. Другие исследователи высказываются за увеличение временного интервала между вторым и третьим этапом протезирования до 3-4 мес. в зависимости от регенерации раневой поверхности. При этом адаптация пациента к протезу проходит 3 стадии [21], которые в общей сложности занимают чуть больше месяца. Вместе с тем, ученые сходятся в необходимости тесной взаимодействия хирурга и ортопеда [21].

Многие исследователи [45-47] подчеркивают актуальность комбинированного лечения. Применение комплексной и комбинированной методик позволяет улучшить отдаленные результаты. Необходимо стремиться к минимизации времени реабилитации, т.к. после проведенного лечения остается высокой вероятность рецидива заболевания [48]. При адекватном лечении 5-летнее безрецидивное течение заболевания наблюдается у 60% пациентов [21]. К сожалению, пациенты с благоприятным прогнозом после проведенных мероприятий реабилитируются не полностью, что затрудняет их адаптацию к повседневной жизни [49]. Только мультидисциплинарный подход к лечению пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти может приблизить медицину к решению задачи их полной реабилитации и полноценного возвращения к выполнению социальных функций.

В этой связи междисциплинарное взаимодействие является перспективным путем создания единой систематизированной процедуры ведения пациентов с приобретенными дефектами верхней челюсти.


Литература

  1. Галонский В.Г., Радкевич А.А., Казанцева Т.В. Непосредственные ортопедические мероприятия после верхнечелюстной резекции. Сибирский медицинский журнал, 2009; 4: 59-62.
  2. Юсупова З.Х. Комплексная реабилитация больных с послеоперационными дефектами верхней челюсти опухолевого и другого происхождения: Дис. канд. мед. наук. Душанбе, 2005; 147.
  3. Ferlay J, Steliarova-Foucher E, Lortet-Tieulent J, et al. Cancer incidence and mortality patterns in Europe: Estimates for 40 countries in 2012. Eur J Cancer, 2013; 49: 1374-403.
  4. Андрюхина В.В., Никитин А.А., Стучилов В.А. и др. Криохирургическое, криолазерное и хирургическое лечение базальноклеточного рака челюстно-лицевой области и шеи. Материалы Первого конгресса Общества специалистов по опухолям головы и шеи. 2012; 8-9.
  5. Злокачественные новообразования в России в 2011 году (заболеваемость и смертность): Учебное пособие. Под ред. В.И. Чиссова, В.В. Старинского, Г.В. Петровой. М.: МНИОИ им. П.А. Герцена Минздрава России, 2013; 289.
  6. Христофорандо Д.Ю. Анализ распространенности, диагностики и лечения сочетанной черепно-лицевой травмы. Медицинский вестник Северного Кавказа, 2011; 3: 36-7.
  7. Фоменко И.В., Филимонова Е.В., Дмитриенко C.B. и др. Эпидемиологическая характеристика врожденных расщелин лица на территории Волгограда и Волгоградской области. Стоматология детского возраста и профилактика, 2009; 1: 20-4.
  8. Погосян И.А., Блохина С.И., Мензорова Н.В. и др. Особенности комплексной реабилитации детей с врожденной ортопедической патологией в многопрофильном специализированном медицинском учреждении. Системная интеграция в здравоохранении. 2011; 2: 26-31.
  9. Чуркин А.Ю. Новые аспекты изготовления и применения иммедиат-протезов для возмещения дефектов верхней челюсти после ее резекции. Системный анализ и управление в биомедицинских системах. 2010; 9(1): 77-82.
  10. Жулев Е.Н., Арутюнов С.Д., Лебеденко И.Ю. Челюстно-лицевая ортопедическая стоматология: Пособие для врачей. М.: Медицинское информационное агентство. 2008; 160.
  11. Арутюнов А.С., Кицул И.С., Комов Е.В. и др. Экспериментальная оценка состояния уровня организации ортопедической стоматологической помощи больным с челюстно-лицевыми дефектами в современных условиях. Российский стоматологический журнал 2009; 2: 43-7.
  12. Vaibhao I Shambharkar, Santosh B Puri, Pravinkumar G Patil A simple technique to fabricate a surgical obturator restoring the defect in original anatomical form. J Adv Prosthodont, 2011; 3: 106-9.
  13. Maranzano M, Freschi G, Atzei A, et al. Use of vascularized iliac crest with internal oblique muscle flap for mandible reconstruction. Inc Microsurgery, 2005; 25: 299-304.
  14. Rodman R. Tumors of the Hard Palate and Upper Alveolar Ridge. Texas, 2011; 1-10.
  15. Earley MJ. Primary maxillary reconstruction after cancer excision. J Plast Surg, 1989: 628-37.
  16. Барышев В.В., Андреев В.Г., Акки Э.Д. Возможности реконструкции орбиты у онкологических больных (обзор литературы). Сибирский онкологический журнал, 2012; 5: 80-4.
  17. Корсак А.К., Любецкий А.В., Лапковский В.И. Хирургическое лечение детей с врожденными расщелинами верхней губы и неба в раннем возрасте. Современная стоматология, 2007; 4: 40-3.
  18. Слепченко М.А. Ортопедические методы возмещения дефектов верхней челюсти после ее резекции: Автореф. дис. канд. мед. наук. Л., 1974; 19 с.
  19. Смирнов Е.В., Лесных Н.И., Донов А.Н. и др. Рациональное протезирование дефектов верхней челюсти после её резекции. Современная ортопедическая стоматология, 2011; 15: 44-9.
  20. Иорданишвили А.К. Клиническая ортопедическая стоматология. М.: МЕДпресс-информ, 2007; 248 с.
  21. Лебеденко И.Ю., Курляндская С.В., Белолапоткова А.В. и др. Жизнь замечательных людей. Курляндский. М.: Молодая гвардия, 2002; 207 с.
  22. Okay DJ, Genden E, Buchbinder D, et al. Prosthodontic guidelines for surgical reconstruction of the maxilla:A classification system of defects. J Prosthetic Dentistry, 2001; 86(4): 352-63.
  23. Cantu G, Solero CL, Riccio S. Surgery for malignant maxillary tumors involving the middle cranial fossa. Skull Base, 2010; 20(2): 55-60.
  24. Aramany MA. Basic principles of obturator design for partially edentulous patients. Part I: Classification. J Prosthetic Dentistry, 2001; 86(6): 559-61.
  25. Aramany MA. Basic principles of obturator design for partially edentulous patients. Part II: Classification. J Prosthetic Dentistry, 2001; 86(6): 562-8.
  26. Караян А.С., Назарян Д.Н., Сенюк А.Н. Особенности реконструкции челюстей для подготовки к несъемному протезированию. Стоматология, 2011; 5: 27-35.
  27. Davison SP, Sherris DA, Meland NB. An algorithm for maxillectomy defect reconstruction. Laryngoscope (Philadelphia), 1998; 108: 2: 215-9.
  28. Brown JS, Shaw RJ. Reconstruction of the maxilla and midface: introducing a new classification. Lancet Oncol (Liverpool), 2010; 11(10): 1001-8.
  29. Brown JS. Maxillary reconstruction. Indian J Plast Surg (Liverpool), 2007; 40: 35-43.
  30. Онкология: Учебник. Под ред. С.Б. Петерсона. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2012; 256 с.
  31. Adelstein DJ, Ridge JA, Brizel DM, et al. Transoral resection of pharyngeal cancer: Summary of a National Cancer Institute Head and Neck Cancer Steering Committee Clinical Trials Planning Meeting, November 6-7, 2011, Arlington, Virginia. Head Neck, 2012; 34(12): 1681-703.
  32. Stefan Danilla Selected Topics in Plastic Reconstructive Surgery. 2012; 242 p.
  33. Ross GL, Ang SW, Lannon D, et al. A ten-year experience of multiple flaps in head and neck surgery: how successful are they. J Reconstr Microsurg, 2008; 3(24): 183-7.
  34. Karle WE, Anand SM, Clain JB, et al. Total soft palate reconstruction using the palatal island and lateral pharyngeal wall flaps. Laryngoscope, 2013; 123: 929-33.
  35. Ross GL, Ang ES, Lannon D, et al. Ten-year experience of free flaps in head and neck surgery. How necessary is a second venous anastomosis. Head Neck, 2008; 8(30): 1086-9.
  36. Imke C Wehage, Hisham Fansa. Complex reconstructions in head and neck cancer surgery: decision making. Head Neck Oncology, 2011; 14(3): 1-12.
  37. Руководство по ортопедической стоматологии протезирование при полном отсутствии зубов. Под ред. И.Ю. Лебеденко, Э.С. Каливраджияна, Т.И. Ибрагимова и др. М.: Медицинское информационное агентство, 2011; 448 с.
  38. Anuj Chhabra, Anandakrishna GN, Girish Rao et al. Rehabilitation of partial maxillectomy defect with implant retained hollow bulb obturator prosthesis: A case report. J Indian Prosthodont Soc, 2012; 2(12): 101-7.
  39. Karunagaran S, Markose SC, Paprocki GJ. Management of the maxillary cancer patient–what the general dentist should know. J Tennessee Dental Association, 2013; 1(93): 40-6.
  40. Patil PG, Patil SP. Fabrication of a hollow obturator as a single unit for management of bilateral subtotal maxillectomy. J Prosthodont, 2012; 21(3): 194-9.
  41. Elangovan S, Loibi E. Two-piece hollow bulb obturator. Indian J Dent Res, 2011; 22: 486-8.
  42. Pravinkumar Gajanan, Smita Pravinkumar A hollow definitive obturator fabrication technique for management of partial maxillectomy. J Adv Prosthodont, 2012; 4: 248-53.
  43. Жулев Е.Н., Арутюнов С.Д., Лебеденко И.Ю. Челюстно-лицевая ортопедическая стоматология: Пособие для врачей. М.: Медицинское информационное агентство, 2008; 160 с.
  44. Saurav Banerjee, Surender Kumar, Amit Bera et al. Magnet retained intraoral-extra oral combination prosthesis: a case report. J Adv Prosthodont, 2012; 4: 235-8.
  45. Брусов А.Б., Орловский И.П. Эктопротезирование дефектов и деформаций средней зоны лица с использованием силиконовых эластомеров. Стоматология, 2010; 3: 52-6.
  46. Давыдов М.И., Ганцев Ш.Х. Онкология: Учебник. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2010; 920 с.
  47. Петенко Н.Н. Минимальные клинические рекомендации европейского общества медицинской онкологии (ESMO). Под ред. С.А. Тюляндина, Д.А. Носова, Н.И. Переводчикова. М.: Издательская группа РОНЦ им. Н.Н. Блохина РАМН, 2010; 436 с.
  48. Грачев И.Ф., Грачев Д.И., Арутюнов Д.С. и др. Социологические аспекты организации ортопедической стоматологической помощи больным с челюстно-лицевыми дефектами в современных условиях. Сибирский медицинский журнал, 2008; 1: 68-70.
  49. Maranzano, G. Freschi, A. Atzei, et al. Use of vascularized iliac crest with internal oblique muscle flap for mandible reconstraction. Inc. Microsurgery, 2005; № 25, p.299-304.
  50. Rodman R. Tumors of the Hard Palate and Upper Alveolar Ridge. Tumors of the Hard Palate and Upper Alveolar Ridge. Texas, 2011; p.1-10.
  51. Earley MJ. Primary maxillary reconstruction after cancer excision. J Plast Surg, Chepstow, 1989; p.628-637.
  52. Baryshev VV, Andreev VG, Akki AD. Possibilities of orbital reconstruction in cancer patients (literature review). Siberian oncological journal, 2012; Issue 5, p.80-84.
  53. Korsak AK, Lubetskiy AV, Lapkovskiy VI. Surgical treatment in children with inherited clefts of superior lip and palate in early childhood./ Sovremennaya stomatologiya, 2007; Issue 4, p.40-43.
  54. Slepchenko MA. Orthopedical methods for repair of maxillary defects after resection: Author’s abstract for Phd dissertation. L., 1974; 19 p.
  55. Smirnov EV, Lesnykh NI, Donov AN et al. Rational prosthesis of maxillary defects after resection // Sovremennaya orthopedicheskaya stomatologiya, 2011; Issue 15, p.44-49.
  56. Iordanishvili AK. Clinical orthopedical dentistry. MEDpress-inform, 2007; 248 p.
  57. Lebedenko IYu, Kurlyandskaya SV, Belolopatkova AV et al. Life of outstanding people: Kurlyandskiy. Mol. gvardiya, 2002; 207 p.
  58. Okay DJ, Genden E, Buchbinder D, et al. Prosthodontic guidelines for surgical reconstruction of the maxilla:A classification system of defects./ The journal of prosthetic dentistry, 2001; V.86, №4, p.352-363.
  59. Cantu G, Solero SL, Riccio S. Surgery for Malignant Maxillary Tumors Involving the Middle Cranial Fossa. Skull Base, 2010, V.20, № 2, p.55-60.
  60. Aramany MA. Basic principles of obturator design for partially edentulous patients. Part I: Classification. The journal of prosthetic dentistry, 2001; V.86, №6, p.559-561.
  61. Aramany MA. Basic principles of obturator design for partially edentulous patients. Part II: Classification. The journal of prosthetic dentistry, 2001; V.86, №6, p.562-568.
  62. Karayan AS, Nazaryan DN, Senyuk AN. Specifics of maxillary reconstruction for preparing for fixed prosthesis. Stomatologiya, 2011; Issue 5, p.27-35.
  63. Davison SP, Sherris DA, Meland NB. An algorithm for maxillectomy defect reconstruction. The Laryngoscope, Philadelphia, 1998; V.108, №2, p.215-219.
  64. Brown JS, Shaw RJ. Reconstruction of the maxilla and midface: introducing a new classification. Lancet Oncol, Liverpool, 2010; V.11, №10, p.1001-1008.
  65. Brown JS. Maxillary reconstruction. Indian J Plast Surg, Liverpool, 2007; V.40, p.35-43.
  66. Oncology: textbook / edited by SB Peterson. GEOTAR Media, 2012; 256 p.
  67. Adelstein DJ, Ridge JA, Brizel DM, et al. Transoral resection of pharyngeal cancer: Summary of a National Cancer Institute Head and Neck Cancer Steering Committee Clinical Trials Planning Meeting, November 6-7, 2011, Arlington, Virginia./ Head & Neck, 2012; V.34, №12, p.1681-1703.
  68. Stefan Danilla. Selected Topics in Plastic Reconstructive Surgery. 2012. – 242 p.
  69. Ross GL, Ang S W EE, Lannon D, et all A ten-year experience of multiple flaps in head and neck surgery: how successful are they. J Reconstr Microsurg, 2008; V.3, №24, p.183-187.
  70. Karle WE, Anand SM, Clain JB, et al. Total soft palate reconstruction using the palatal island and lateral pharyngeal wall flaps. The Laryngoscope, 2013; №123, p.929-933.
  71. Ross GL, Ang ES, Lannon D, et al. Ten-year experience of free flaps in head and neck surgery. How necessary is a second venous anastomosis. Head Neck, 2008; Vol.8, №30, p.1086-1089.
  72. Wehage IC, Fansa H. Complex reconstructions in head and neck cancer surgery: decision making. Head & Neck Oncology, 2011; Vol.14. №3. p.1-12.
  73. Guideline for orthopedical dentistry, prosthesis for totally edentulous patients / edited by IYu Lebedenko, AS Kalivradgiyan, TI Ibragimov et al. Med.inf.agentstvo, 2011; 448 p.
  74. Chhabra A, Anandakrishna GN, Rao G, et al. Rehabilitation of Partial Maxillectomy Defect with Implant Retained Hollow Bulb Obturator Prosthesis: A Case Report. J Indian Prosthodont Soc, 2012; Vol.2, №12, p.101-107.
  75. Karunagaran S, Markose SC, Paprocki GJ. Management of the Maxillary Cancer Patient – What the General Dentist Should Know. Journal of the Tennessee Dental Association, 2013; Vol.1, №93, p.40-46.
  76. Patil PG, Patil SP. Fabrication of a hollow obturator as a single unit for management of bilateral subtotal maxillectomy. J Prosthodont, 2012; Vol.21, №3, p.194-199.
  77. Elangovan S, Loibi E. Two-piece hollow bulb obturator. Indian J Dent Res, 2011; №22, 486-488.
  78. Gajanan P, Pravinkumar S. A hollow definitive obturator fabrication technique for management of partial maxillectomy. J Adv Prosthodont, 2012; №4, p.248-253.
  79. Zhulev EN, Arutyunov SD, Lebedenko IYu. Maxillo-facial orthopedical dentistry: Textbook for doctors. LLC «Medicinskoe informacionnoe agentstvo», 2008, 160 p.
  80. Banerjee S, Kumar S, Bera A, et al. Magnet retained intraoral-extra oral combination prosthesis: a case report. J Adv Prosthodont, 2012; №4, p.235-238.
  81. Brusov AB, Orlovskiy IP. Ectoprsthesis for defects and deformations of midfacial region using silicone elastomers./ Stomatologiya, 2010; Issue 3, p.52-56.
  82. Davydov MI, Gantsev ShKh. Oncology: textbook. GEOTAR Media, 2010; 920 p.
  83. Petenko NN (Translation from English). Minimal clinical recommendations of European Society of Medical Oncology (ESMO) / edited by SA Tyulyandin, DA Nosov, NI Perevodchikova. Izdatelskaya grouppa RONC im. N.N. Blokhina RAMN, 2010; 436 p.
  84. Grachev IF, Grachev DI, Arutyunov DS et al. Social aspects for management of orthopedical stomatological care for patients with maxilla-facial defects in current settings. Siberian medical journal, 2008; №1, p.68-70.
  85. Cuesta-Gil M, Caicoya SO, Riba-García F. Oral rehabilitation with osseointegrated implants in oncologic patients. J Oral Maxillofac Surg, 2009; Vol.11, №67, p.2485-2496.

Согласен Данный веб-сайт содержит информацию для специалистов в области медицины. В соответствии с действующим законодательством доступ к такой информации может быть предоставлен только медицинским и фармацевтическим работникам. Нажимая «Согласен», вы подтверждаете, что являетесь медицинским или фармацевтическим работником и берете на себя ответственность за последствия, вызванные возможным нарушением указанного ограничения. Информация на данном сайте не должна использоваться пациентами для самостоятельной диагностики и лечения и не может быть заменой очной консультации врача.

Сайт использует файлы cookies для более комфортной работы пользователя. Продолжая просмотр страниц сайта, вы соглашаетесь с использованием файлов cookies, а также с обработкой ваших персональных данных в соответствии с Политикой конфиденциальности.